Тайная магия Депресняка - Страница 34


К оглавлению

34

– Вот так! Очень надеюсь, что меня не совсем раздавили и я смогу хотя бы играть… Приготовься! – сказала она, поднося к губам мундштук.

Самого момента телепортации Меф не запомнил. Лишь что-то отрывистое, смазанное, будто он несется куда-то и тело его похоже на золотистый пчелиный рой. Где была в эти мгновения Даф и не являлась ли она тоже частью роя, Буслаев не мог сказать.

Наконец он осознал, что продолжает обнимать Дафну, но уже не на чердаке, а в каком-то сомнительном месте. Слева тянулись заваленные снегом гаражи, а прямо перед ними находилось низкое одноэтажное здание с высоко расположенными узкими окошками, проход к которому был кое-как расчищен. У дальнего гаража какой-то мужичок безнадежно разгребал лопатой сугробы. Заметно было, что для него это скорее ежедневный моцион, чем действие, имеющее практический смысл.

– Где мы? – спросил Мефодий у Даф.

– Не знаю.

– Как не знаешь?

– Маголодия должна была телепортировать нас к Улите… Но где она и куда нас перенесет, я понятия не имела, – пояснила Даф.

Меф оглядел строение с узкими окнами. Вход был немного притоплен, ступени на три. Толстые стены, железная дверь, отваливающаяся штукатурка. Вывеска отсутствовала, но у Мефодия было достаточно опыта, чтобы разобраться что к чему.

– Судя по всему, мы у какой-то левой качалки, – сказал он.

– Разве Улита занимается спортом? – усомнилась Даф.

– Она? Нет. Но порой ее тянет к спортсменам, – философски заметил Меф.

Он дернул дверь и, обнаружив, что она заперта, принялся методично барабанить. Стучать пришлось долго. Под конец Меф уже пинал дверь ногами. Удары глухо отзывались где-то внутри.

– Может, там никого нет? – предположил он.

– Если бы не было, мы бы здесь не оказались. Я чувствую, что Улита в беде! – сказала Даф.

Она начала уже отодвигать Мефа, чтобы высадить дверь маголодией, как вдруг дверь открылась, и на пороге вырос сердитый лысый мужик с железными зубами. Он был маленького роста, но очень плечистый, отчего казалось, что в ширину он больше, чем в высоту.

«Похож на боевого гнома! Только секиры не хватает», – подумала Даф, на всякий случай покосившись на уши лысого. Нет, уши были не гномьи. Маленькие заплывшие глазки оценивающе скользнули от Мефодия к Дафне и обратно.

– Что вам надо? – гнусаво спросил лысый.

– Шоколада, – вежливо сказал Меф.

– Чего-о?

– Не «чего-о», а Корней Чуковский. Произведение «Телефон». Страница пять, третья строчка снизу, – ответил Меф, пытаясь заглянуть к нему за спину.

Однако лысый был так широк, что закупоривал проход. Вдобавок у него явно были сложные отношения с Корнеем Чуковским. Он грузно шагнул к Мефу, и тот предпочел отпрыгнуть.

– Простите его! Он пошутил… Нам нужна Улита, – сказала Дафна, одаривая лысого самой приветливой улыбкой из своей коллекции.

Лысый остановился.

– Улита? Кто такая?

– Секретарша нашего шефа.

Охранник задумался. Судя по напряжению, которое выразило его лицо, процесс мышления давался ему непросто.

– Толстая, что ли, такая? – уточнил он.

– Э-э… ну немного полная. В какой-то мере, – осторожно признала Даф.

Назвать Улиту толстой она бы не рискнула. Охранник снова ухмыльнулся:

– А-а! Есть такая. У вашего шефа поехала крыша, если он взял себе такую секретаршу. Она пристроилась к целой компании парней, притом очень назойливо.

– Тогда это точно она! Нам нужно ее увидеть! – сказал Мефодий, пытаясь пройти мимо охранника.

Лысый сгреб его за ворот и приподнял. Из его рта пахло обедом, причем, возможно, даже не сегодняшним.

– На твоем месте я бы туда не совался. Девчонка сама выйдет, когда получит то, на что нарывалась! Вали отсюда, мелкий!

Меф обиделся. Слышать слово «мелкий» от человека, который был одного с ним роста, вдвойне досадно. Ворот сдавливал горло, мешая дышать.

– А ну отпусти меня! Ты что, дядя, совсем офэншуел? – хрипло крикнул Меф.

Лицо лысого перекосилось. Он занес кулак. Меф собрался выставить мысленную преграду, но Даф, не расстававшаяся с флейтой, его опередила. С нежностью врезавшегося в глаз утюга маголодия атаковала охранника. Мефа мотнуло. Рука, держащая его за ворот, разжалась. И вот охранник уже лежит на полу с блаженной улыбкой идиота, опоздавшего в клинику.

Меф склонился над ним:

– По-моему, ты переусердствовала. О мою преграду он сломал бы кулак, не более того.

Даф виновато кивнула:

– Я ошиблась маголодией. Стоило применить другую, пробуждающую совесть. Но тогда он принялся бы ныть, а это долго. Не бойся, он очнется.

Меф огляделся. Узкий коридорчик завершался дверью, из-за которой доносились возбужденные голоса. Меф примерно представлял, какие оргии способна устраивать Улита, поэтому, толкая дверь, ожидал увидеть что угодно, но то, что он в конечном счете увидел, удивило даже его.

Крутые парни, а было их человек пять, абсолютно одетые и бледно-зеленые, жались к шкафчикам. Перед ними, подбоченившись, стояла Улита. Рядом с ней на полу, держась за разодранную руку, из которой хлестала кровь, сидел еще один «крутой». Он стонал и тихо матерился.

Буслаев окликнул Улиту. Ведьма раздраженно обернулась. Ее глазные зубы, выпачканные в крови, были выдвинуты. Волосы растрепались. Глаза, с сузившимися и почти пропавшими зрачками, полыхали желтым огнем. Даже привычного человека это могло напугать, что уж тут говорить о бедных лопухоидах?

Меф невольно попятился. Он был совсем не уверен, что Улита его узнала.

– Чего тебе, Буслаев? – хрипло спросила ведьма.

– Ничего… Мы волновались…

– Волнуйся лучше о них! Мне надо кое с кем разобраться.

34